До места назначения лететь было менее часа. Винтовой самолетик местных авиали-ний приятно поразил своей аккуратностью и удобством. В частности, выдвижной столик, с которого в нашем ТУ-154 на меня бросился стакан с соком свежеубитых помидор, показался мне чуть шире и вообще расположен был более удачно. Бедные стюардессы опять пристава-ли к нашим, «включившим дурку» курильщикам. Пытались ограничить эту вредную при-вычку на борту корабля и обещали наябедничать командиру. Интересно, что бы он с ними сделал? Высадил по дороге? Хотя, в принципе, могли бы штрафануть по прилету.
Тем временем, самолет все не приземлялся и не приземлялся. Ну, не зря же мы всю дорогу каркали. История, в какой то степени повторилась, но в более щадящем варианте. Над нашим островом шла основательная гроза и нас отправили на соседний.
Так, мы незапланированно побывали на Пхукете. «Покурили» мы там не долго, минут сорок. Стоит отметить идеальную организацию высадки-посадки. Всем раздали пластиковые карточки, разместили в зале ожиданий. В обоих аэропортах, кстати, можно бесплатно попить кофе с булочками-пирожными, выпить сок, слопать банан. Я бываю во многих аэропортах нашей страны. Там пописать-то не везде бесплатно получится.
Вот, значит, а при посадке обратно пересчитывают по этим карточкам, и лети себе дальше, дорогой товарищ. Никаких тебе регистраций, перерегистраций с паспортами и биле-тами и прочей суматохи, неразберихи.
Пока суть да дело, мы успели побывать в местном травмпункте. Там, естественно, стоматолог по штату не положен. А дежурная медсестра могла нам только посочувствовать и дать обезболивающую таблетку.
В полете неугомонный Макс, изредка прерываемый необходимостью пропустить оче-редную дозу «текилки», пытался клеить сидящую рядом соседку. Милая девушка оказалась, по-моему, из Англии. Иностранцы все конечно очень коммуникабельные люди. Но тут де-вушка пребывала в легком шоке от напора и энергии молодого человека, который выражал дикое желание общаться при отсутствии необходимого словарного запаса родного ей языка. Это осознавал и Макс, которому для того, чтобы донести свою мысль, для начала, надо было разобрать, что говорят ему. Поэтому, он регулярно обращался к нашему штатному перево-дчику с просьбой узнать, о чем ему сейчас поведали, и как девушке сказать то-то и то-то. Не замечая при этом, что переводчик давно уже сидит с ассиметричным лицом и с глазами бе-шеной селедки. Когда ему на это указывали, Максим Николаевич дико и искренне извинял-ся, но через 5 минут ситуация повторялась.
Обращение за лингвистической помощью к Даниле Шведову принесло обратный эф-фект. Данил, который пользовался иноземными совами более свободно, в один прекрасный момент, обращаясь к прекрасной незнакомке, громогласно заявил на весь самолет. «Мадам, май фрэнд хэв э смол пенис!» Подумал и добавил: «Вэри смол!» Столь откровенные сведе-ния об анатомических особенностях товарища, заставили обернуться даже сидящих на пер-вых рядах пассажирах. Не говоря уже о ржании всей русскоязычной публики, и улыбках ос-тальной. Макс обозвал друга матерными словами, но его, и до этого не слишком котирую-щиеся акции и вовсе упали. После вынужденной посадки на Пхукете, иностранная дивчина оставшийся полет провела, от греха подальше, на безопасном от русских «крэйзи» туристов расстоянии. А если вы думаете, что Макс сильно обиделся, то зря. Он тоже умел шутить.
Самуи. «Зазен-Бунгало». Впечатления первые и последующие
Ловко приземлившись и скоренько произведя высадку, мы оказались в местном аэро-порту. Это что-то. Сложилось впечатление, что он вообще никак не отделен от внешнего ми-ра. Позже обнаружился довольно условный въезд в него, даже со своей автостоянкой. Но первое впечатление, как будто находишься посреди какой-то заброшенной деревушки. То, что называется залом ожидания, залом выдачи багажа, регистрации билетов и пр. представ-ляло собой площадку увенчанную деревянной крышей, поддерживаемую деревянными же (бамбуковыми?) столбами. При полном отсутствии стен. Все это находилось в окружении нахальной, сочной после дождя, зелени и сопровождалось трещанием местных птиц.
Первое впечатление от нашего нового жилища «Зазен» оказалось крайне негативным. Но к счастью обманчивым. Всему виной был недавно закончившийся ливень. Территория, состоящая из десятка спрятанных в «зеленке» от любопытных глаз бунгал, казалось грязной и неуютной. Глиной залепило все ноги. Рядом торчал недостроенный корпус спа-центра, из которого доносились визжащие механические звуки. В море плавал всякий мусор: остатки пальм, сбитые дождем кокосы, напоминающие отрубленные головы негров, дохлые рыбы. Бассейн Ярица унизительно сравнил со своей ванной, признав все же победу за бассейном, хотя и с небольшим преимуществом. Ресепшен, он же ресторан был открытым, выходил на море и продувался сильным ветром. До ближайшего очага культуры нужно было добираться автотранспортом минут 15-20.
В общем, народ слегка затосковал от перспективы прожить несколько дней в такой дыре. Но ненадолго. Все же у нас была клевая тусовка! А все вышеперечисленные неудобст-ва легко устранились.
Вышло солнце. Грязь исчезла. Море очистилось. Бассейн оказался вполне нормаль-ным, я даже пару раз в него залез. Завтракать с видом на море, на самом деле, прикольно. Проблема удаленности злачных мест, а также независимость передвижения решилась после взятия в аренду джипика и мотоциклеток. И с учетом того, что на территории нашего «Зазе-на» мы находились только утром и вечером, то все возможные дневные строительные рабо-ты нам никак не мешали.
Самым балдежным оказались наши домики. Чего никто не ожидал. Бунгало делилось на два самостоятельных номера с выходами в разные стороны. Т.е. проживающие под одной крышей семьи друг другу никак не мешали. На улице при входе плетеные кресла, столик, коврик, сушка для одежды и полотенца и огромная чаша с водой и черпаком, для споласки-вания ног от песка. Внутри огромная комната. Направо шкаф для одежды с сейфом внутри. Белые банные халаты и белые комнатные тапочки. |
