Про смуглых благородных красавцев с белозубыми улыбками и распростертыми объятиями я не просто так в начале повествования упоминала. Хочешь – не хочешь, а они в разнокалиберных вариантах на курортах обычно встречаются, и чаще не только встречаются, но даже знакомятся. Нет, не друг с другом, хотя и такое бывает, а с выпорхнувшими из иноземных лайнеров красавицами. Ждущими знакомства с нетерпением, просто ждущими и не ждущими вовсе. Последних в таких случаях обычно приглашают просто пообщаться, и ничего такого, типа, что в 12 часов ночи приглашают! А бывает и наоборот: из лайнеров выпрыгивают красавцы, а на земле обетованной их встречают разнокалиберные красавицы... Да, что мне вам рассказывать?! В общем, это так, вступление. В Варне и Золотых Песках в мае (подчеркиваю, в мае) контингент в основном стабильный: немцы, праздно и непраздно шатающиеся болгары, русские - как правило, представители туристических фирм (к ним за одно можно причислить всех СНГовских братьев-славян) и изредка сербы. Последние на курорте присутствовали по слухам, сама я их не видела. А почему им у себя не загоралось? Так это, потому, - говорили мне, - что холодно у них пока, вот и едут в Болгарию! Немцев же в Золотых Песках было большинство. Но, увы и ах, милые юноши и девушки, представляли они собой в основном аккуратненьких бабушек с химзавивками из трех волосьев и лысеньких дедушек с клюшками. Нет, с клюшками не для гольфа, а ясно, с какими клюшками. И годков им было совсем не за 50, как некоторым нравится, а где-то так сильно за 70. В принципе, тут все понятно. Май в
Болгарии – месяц несезонья, жгучего солнца тут нет, а Германия – страна не бедная, о своих пенсионерах пекущаяся. Вот, и едут эти самые пенсионеры на курорты, только завидовать им приходится и мечтать о достойной старости.
Впрочем, в качестве немецких представителей отдыхали в Золотых Песках еще семейные пары среднего возраста. Но здесь тоже все было, как говорится, «схвачено». Мужчины являли собой, в основном, этаких пивных бюргеров с вперед несущими животами, дамы – бюргерш, кроме животов, несущих вперед, э-э-э, как бы это покультурней, две вышеживотные части туловища! Не увлекайтесь, опавшие части туловища! Тем не менее, именно немцы задавали здесь местную моду, если ее, вообще, можно было назвать модой. Выход в свет, то есть вечером на набережную, очень сильно отличался от выхода в свет в Крыму или на нашем Кавказском побережье. Немцы, с пренебрежением относившиеся к своему гардеробу, совершенно спокойно гуляли в мятых пляжных шортах, футболках и шлепанцах, также спокойно в этом же виде шествовали в рестораны, а их женщины «наряжались» в безвкусные маечки и юбочки или тоже шорты и абсолютно не пользовались косметикой. При этом мои замысловатые, но вполне приличные по московским меркам кофточки выглядели на этом фоне весьма экстравагантно, а брючки-бриджики с завязочками – вообще недопустимо. В результате я гуляла в обычных джинсах, и то это было слишком круто! Но немцы – это немцы! Их не переубедишь! Они отдыхали и развлекались, как им нравилось!
Несколько раз мне приходилось сталкиваться с ними по вечерам в ресторанах. Брали они обычно по кружке пива и сидели с ним по несколько часов. Нет, не просто так сидели, уставившись в одну точку - они веселились: пели вместе с ресторанными ансамблями, хлопали в ладоши, орали, визжали, плясали, чуть ли не на столах… И пусть мне кто-нибудь теперь скажет, что немцы – народ скучный! Отрываются-то они по полной программе, просто мы их «программу» не всегда понимаем! Казалось бы, без этого дела (пиво в учет не берем) и причины-то резвиться нет. Ан, есть, оказывается! Кстати, что, касается «этого дела», то немцы его вполне употребляют. Один такой «употреблюн» как-то прицепился ко мне в Золотых Песках поздно вечером, схватил в свои цепкие дружеские (повторяю, дружеские) объятия и стал что-то нечленораздельно бурчать. В целом, суть бурчания сводилась к тому, что он за мир во всем мире, а его жизнь прекрасна и удивительна! По крайней мере, сегодня! В тот момент из немецкого словаря мне в голову, честно говоря, пришло только «Гитлер капут!». От неожиданности, наверное! Говорить я сие, разумеется, не стала и, пожелав товарищу гутенабенда, премило с ним раскланялась.
Теперь про болгар. Эти на любителя, хотя в отличие от немцев буквально все говорят по-русски. В тех, кому под 50, толика обаяния, в общем-то, присутствует (как и во многих других их же возраста), но люди они - работающие и, как класс, на курорте встречаются редко. А те, которым едва за 30, уж больно смахивают внешне на наших лиц кавказской национальности с Черкизовского рынка – такие же маленькие, смуглые и неприглядно одетые. Впрочем, о болгарских девушках у меня сложилось другое впечатление. Эти - очень даже симпатичные. Понимаю, мое мнение в данном вопросе не слишком авторитетное, но, забегая вперед, скажу, что когда мы возвращались самолетом в Москву, со мной вместе летел некий столичный юноша, отметивший, что ему болгарские девушки очень сильно пришлись по сердцу, а солидарна с ним в этом оказалась добрая половина нашей мужской самолетной братии. Болгарки – смуглые, невысокие, обычно с большими карими глазами, улыбчивые и жизнерадостные. Что интересно, среди них считается очень модным быть блондинками, а так как большинство - все-таки шатенки, то многие, не долго думая, красят волосы в белый цвет или, что чаще, делают блондинистое мелирование.
Как-то раз, еще не научившись распознавать в толпе национальности, я спросила у одного болгарина, как это делают они. «Болгарки – смуглые, - ответил он, - немки – светлые и толстые, а русские – красивые, стройные и хрупкие!» Во, как! Быть может, как раз по этой причине от болгар нашим юным (и не только) созданиям продыху на курорте нет. Понятия «девушка» у болгар не существует. Поэтому, даже если недавно вам исполнилось 72, но вы все еще претендуете ею выглядеть, вас назовут «девочка», как и в 18, 25, 40 и т.д. лет. В первое время, честно говоря, на «девочку» я вздрагивала, а потом привыкла. Что ж делать, если национальный обычай такой! Но лучше б я продолжала вздрагивать дальше… История первая, драматическая.
«Девочка, сколько времени?» - спросил меня одетый в зеленый свитер, бордовые брюки и коричневые ботинки 30-летний болгарский мачо. Дело было в Варне на следующий день после моего прилета в Болгарию. Мачо казался безобидным полутораметровым созданием, не претендовавшим на «подвиги» и желавшем показать мне родной город и рассказать о своей национальной культуре.
«Пол второго», - именно с целью знакомства с городом ответила я ему. Как звали мачо, я забыла, едва он назвал свое имя – что-то среднее между Рустэмом, Розаном и Разоном. О болгарских именах, вообще, можно вести отдельный разговор, и у него оно было еще вполне сносным. Неописуемей была моя реакция, когда совсем другой болгарин представился, как… Пламень… Рассказ о национальной культуре мачо начал с того, что поведал мне, как в прошлом году познакомился в Варне с одной девушкой из Воронежа, потом год по ней сох, теперь забыл, но понял окончательно и бесповоротно, что русские девушки - это его профиль. В городе он мне показал приморский парк, овощной рынок и то самое кафе на крыше высотной гостиницы, с которой открывалась великолепная панорама. После этого, уверенный в своей неотразимости и произведенном на меня впечатлении, он изжелал проводить меня до Золотых Песков.
«Не надо», - сказала я.
«Нет, время уже позднее, вдруг ты заблудишься!» - ответил он.
В тот момент особой неприязни я к нему еще не испытывала, хотя уставать от него уже начала. «Что ж, решил проводить, так решил, - подумала я. – Пусть провожает. Погуляю там с ним вечерком, а ближе к ночи отправлю назад в Варну!». Но, едва только я дала добро на проводы, как мачо начал действовать интенсивней. «Давай купим вина!» - сказал он. Мы зашли в магазин, и он, как истинный местный знаток и ценитель, стал выбирать вино, периодически спрашивая меня, какое я люблю, и, намекая, что надо бы взять не одну, а две бутылки. Впрочем, особо настаивать, когда я строго сказала, что бутыль будет только одна, он не стал. Потом я отошла в сторонку, и продавец стал уже с интересом ждать, когда же ему заплатят, как мачо вдруг повернулся ко мне и изрек: «Ты знаешь, а у меня денег нет!». Увидев, что я на глазах теряю дар речи, он добавил: «Я тебе через день обязательно верну!». Надо ли говорить, что я, чтобы не нагнетать обстановку в магазине, за вино все же заплатила, что у мачо не оказалось также денег на купленную к вину клубнику и на такси до Золотых Песков… Хуже было другое – я теперь абсолютно не знала, как от него отделаться. Когда я грубо говорила ему, чтобы он оставил меня в покое, он потуплял взор и плел, что лучше меня нет на целом свете. Когда молча и быстро уходила вперед, он бежал следом и трендел, что хочет на мне жениться и т.д. и т.п.
После выпитого вина мне стало полегче. Я уже со смехом слушала все его бредни про «бархатные глаза и волосы, как у Барби», и, в конце концов, изрекла строгое «Прощай!». Ха-ха! Мачо сказал, что автобусы до Варны уже не ходят, и ночевать ему негде. «Можно я у тебя в номере переночую или хотя бы на балконе?» - спросил он. А когда я откровенно рассмеялась, он очень искренне обиделся и абсолютно не понял, почему же я не хочу???!!! Ведь он такой исключительно красивый, веселый, умный и обаятельный!.. Чтобы избавиться от него, я вручила ему несколько левов на такси, а сама отправилась в гостиницу. Левы он взял, но опять поплелся за мной. В холле он еще несколько раз попытался меня уломать, но, увидев, что ничего не выходит, злобно и негодующе выдал обалденную фразу: «Ты меня, по крайней мере, поцелуй, чтобы на рецепции видели. А то надо мной смеяться будут, что ничего не получилось. А мне стыдно!» Каково, а?!!!
На следующий день мы с мачо встретились во время завтрака. Он сидел за столом, ждал меня и пил сок. «Блин!» - подумала я. На нем были все те же зеленый свитер, бордовые брюки и коричневые ботинки, дополненные значительной помятостью и запыленностью, а физиономия заросла щетиной. «В Варне не был!» - догадалась я.
«Привет! – сказал он. – Как провела ночь? Слушай, ты же платила за завтраки? Принеси мне что-нибудь поесть!»
«Почему ты не ездил домой?» - спросила я.
«А ты откуда знаешь? – удивился мачо. – Я вечером встретил одну знакомую девочку, и мы с ней ходили в ресторан. Принеси мне поесть, я проголодался!».
Он опять не понял, почему я взбесилась, когда, решив после завтрака съездить на «Святые Константин и Елена» и выйдя из гостиницы, я увидела его; когда он опять поплелся за мной; когда на него никакие мои уговоры и грубые посылы в даль светлую не подействовали. На «Святые Константин и Елена» мы ехали молча. На курорте мачо оставил меня загорать у бассейна и сказал, что вернется за мной через три часа. Обломавшись на завтраке, он попытался выудить у меня денег на обед, но ничего не получив, отчалил обедать самостоятельно. Я же, плавая в бассейне с термальной минеральной водой, вкусив, наконец-то, глоток свободы, интенсивно думала, как от него избавиться. И я решила сбежать!
Быстро одевшись под хихиканье бассейновой кассирши, которой мачо сказал, что я – его женщина, и он скоро за мной вернется, я покинула сие заведение. Ой, как я была рада!!! Я мирно погуляла по курорту, вдохнула чистого воздуха, походила по парковым аллеям, посидела у моря и стала уже обдумывать, куда мне направиться дальше, как вдруг нос к носу столкнулась… со своим мачо. Прошло как раз три часа, и он шел за мной к бассейну. Я чуть не упала! От досады даже ноги подкосились!
«Как ты меня нашла?» - спросил он.
«Легко!!!» - ответила я, готовая его убить…
Потом, когда мы шли к автобусной остановке, мачо поинтересовался: «Теперь едем в Золотые пески?»
«Я – в Золотые Пески, а ты – в Варну», - сказала я.
«Почему?» - опять искренне удивился он.
«Потому!» - ответила я.
«Хорошо, я приеду к тебе через день», - обрадовал меня мачо. А потом добавил: «Дай мне два лева на автобус!».
«Пошел отсюда!!!» - рявкнула я.
«Ну, тогда один лев!»…
Вернувшись в гостиницу, я рассказала свою историю Ирине. Ирина похихикала и поведала мне, как она избавлялась от такого же араба в Египте. Каждое утро ей приходилось просыпаться под его, обращенные к ней серенады под окном: «Плиз! Плиз! Плиз!». Спасалась она, выползая каждое утро из номера на четвереньках, прячась за жалюзи, дабы араб не увидел ее в окошко. В общем, первым делом я исследовала в гостинице все запасные выходы, на случай, если пришлось бы спасаться бегством. Выходы были закрыты, и я решила отныне завтракать раньше, а потом быстро куда-нибудь сматываться. Мачо больше не появлялся. Но от мужиков шарахалась я еще долго. История вторая, поучительная.
«Девочка, заходите к нам ужинать! - каждый раз говорил мне во время моего вечернего променада один ресторанный зазывала. – У нас шашлык готовится по специальному рецепту, вымачивается в особом маринаде и становится таким мягким, что просто тает во рту!». Зазывала внешне сильно отличался от большинства болгарских юношей. Ему было где-то под сорок, он был высоким, широкоплечим молодцем, носил костюм с бабочкой и ощущал себя явным Аленом Делоном. «Ладно, как-нибудь зайду!» - отвечала я. Зазывала оказался по совместительству официантом. В тот вечер он прислуживал мне сам. Пока я ела, он сидел рядом и рассказывал всякие истории из своей жизни: о том, как он ездил зимой в Сибирь с нашими дальнобойщками, как научился с ними пить водку и размораживать бензин. Под конец ужина в ресторан вошел цветочник с корзинкой роз. Посмотрел на нас, признал официанта и проследовал мимо. Официант встал, забрал мою тарелку, ушел куда-то и вдруг вернулся с розой, которую тут же мне элегантно преподнес. В этот момент рейтинг болгарских мужчин, надо сказать, сильно возрос в моих глазах! А минутой позже мне подали счет. Отдельной графой в нем была указана стоимость розы. История третья, исключительная.
«Девочка, как вас зовут?» - уже несколько раз спрашивал меня наш гостиничный сантехник – невысокий мужичок по имени Борис, около 60 лет отроду, в бессменном, но опрятном спецкомбинезоне. В тот день в Золотых Песках было очень холодно и ветрено, и уже в пять часов пополудни я решила никуда не ходить, уселась в холле гостиницы, где было теплее, чем в моем номере, и стала смотреть телевизор.
«Наталья», - ответила я.
До сих пор этот сантехник со мной всегда ласково и мило здоровался. Он уселся рядом, спросил, как все встреченные мною болгары, где я работаю, рассказал, что в советские времена что-то строил у нас под Белгородом, а потом предложил:
«Не хотите ли выпить коктейль?»
«Не хочу», - ответила я, памятуя о своем мачо.
«А в рыбный ресторан сходить? Здесь есть один неподалеку, им владеет мой друг, и там очень вкусно готовят!».
«Тоже не хочу», - я, вообще, больше ничего не хочу.
Тогда сантехник удалился, вернулся через две минуты со стаканом виски и бокалом сока, сел рядом и сказал: «Пейте!».
В ресторан я потом с ним, правда, все равно не пошла и до конца поездки ждала, что стоимость виски мне выставят в общий счет при сдаче номера. Не выставили! Так что гостиничный сантехник несколько реабилитировал в моих глазах болгарских мужиков. Хотя мнение у меня о них навсегда сформировалось одно: таких нам никак не надо!
